http://forumstatic.ru/styles/0012/2e/e3/style.1352963713.css
http://forumstatic.ru/styles/0012/1c/e2/style.1351180776.css
http://forumstatic.ru/styles/0012/1f/87/style.1351180365.css

Savanna Legends

Объявление

Интересный и приятный раздел - || Удобства ради -
HTML код таблицы, примеры
Король Лев. Начало Король лев: Новая жизнь

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Savanna Legends » Прайд Кинаи » Пещера целительницы


Пещера целительницы

Сообщений 21 страница 40 из 48

1

В скалистой местности себе уютное жилье, не глубокую пещеру, нашла Артемия - целительница Прайда. Возле этой возвышенности протекает река, возле которой растут все необходимые травы, для исцеления и выздоровления раненных львов.

http://s1.uploads.ru/t/PAij8.jpg

0

21

С первых слов собеседницы льву было понятно, что на нынешнюю обстановку они смотрят по разному, но удивлением для него это не оказалось, все же каждый сейчас смотрел на ситуацию глазами своих интересов. «Бастет», - решил поправить гостью лев и позволить ей вспомнить, что собой представляет риск для любого из Правителей, - «Я каждый день рискую - когда больше, когда меньше, но каждым своим решением я, прежде всего, должен учитывать вопрос безопасности своих подчиненных, которые мне доверяют». «Этот Прайд…», - Кинаи решил поубавить эмоций в голосе небольшой паузой, после чего более сдержанно продолжил, - «Мой Прайд построен на крови Банды, которая была разбита, но исчезать никак не хочет. То и дело я, время от времени, получаю известия о доблестных успехах Яромира, который будет пытаться восстановить и здесь свою власть. И это не вопрос богатых пажитей и хороших пастбищ, это вопрос принципа, его принципа, который угрожает моему Прайду».  Лев с сожалеющим взглядом посмотрел в сторону пещеры, лишний раз, напоминая себе, что главное сокровище принцессы – это все же Зарен, - «И в этих условиях я должен свести все риски к минимуму, заручившись полной и надежной поддержкой самого близкого союзника – Кисасиана. Именно с его поддержкой угрозу, которая нависла над Джунглями, есть шанс отразить и защитить тех, кто находятся под моим покровительством, что и тебе с надеждой предложил, а ты…», - последовала очередная пауза, сопровождаемая тяжелым вздохом, - «Ты  отказываешься от предложенной возможности мне защитить тебя и Зарена. Если Кисасиан изгнал Зарена, а я дал ему убежище – это значит потерю доверия союзника, потому как я негласно принимаю сторону льва, жизнь которого посчиталась недостойной даже смерти». Кинаи понимал, что выдержки у львицы может не хватить на такую откровенную беседу и эмоции возьмут в ней верх, хоть она и была принцессой, но стоило задуматься – чьей, кто ее так называл или таковой считал? – Только Зарен, по-настоящему верил в нее только ее любимый лев, который, видимо, и жизнь не пожалел для ее защиты.  Льва то она и пыталась спасти даже больше, чем то, принцессой и наследницей чего она себя называла – Скалы Славы. «Узнав о том, что ты в Джунглях, Кисасиан кинет все силы, что бы разузнать о судьбе Зарена и если он потребует его выдать ему, у меня не будет возможности, даже при всем желании, его защитить, в каком бы состоянии Зарен к тому времени не находился. Потому я тебя предупреждаю, что для вашей безопасности необходимо вступление в Прайд, иначе будет стоять вопрос о безопасности Прайда, но я пообещал, что вы останетесь здесь до тех пор, до которых сами сочтете нужным, и настаивать на своих предложениях я не стану».
«Что же касается второго моего предложения», - Король задумчиво начал смотреть в сторону, где находилась Скала Славы, казалось, что он и с этих мест может видеть ее. «Если бы ты и согласилась стать частью Прайда, то мои самостоятельные и единоличные шаги по сражению с Яромиром и освобождением Скалы Славы для тебя.  При этом, полностью не согласовывая действий, с Кисасианом могли бы расцениваться, как захват силой чужой земли и попытку возвести свою марионетку на трон – некогда самого могущественного Прайда.  А то и хуже – чужую для Джунглей львицу, которую мало кто даже знает, это подрыв доверия всех жителей Джунглей. Тогда задумаются многие, если не все и зададутся вопросом – «А за кого Король вообще сражается? Рискует жизнями львов ради чужих престолов, и вообще – правит он или правят им?»». После сказанной последней фразы, Кинаи перевел взгляд на гостью, - «Но и здесь мы можем решить этот вопрос, если ты посмотришь на него с деловым подходом». Король смотрел внимательно, пытаясь высмотреть в глазах принцессы ее мысли, но больше видел усталости, - «Ты станешь Королевой Джунглей.  В впоследствии я объявлю Прайду, что в  жилах их Королевы течет кровь правителей великого Прайда, захваченного злыми силами, они все как один согласятся участвовать в освобождении Скалы Славы и заставят Яромира ответить перед тобой. Зарен станет Главным Воином, так что ни к вам, ни к моим действиям даже сам Айхей не сможет иметь претензий и ненужных вопросов». Нависла пауза тишины и молчания, казалось, что рядом даже природа замерла от неожиданности такого предложения. Сам Кинаи уже мог спрогнозировать ответ львицы, но некая надежда оставалось, что сейчас Бастет задумается о будущем, а не будет безуспешно вернуть себе прошлое.

0

22

Бастет ловила каждое слово льва и пыталась найти скрытый смысл каждого его слова, но не могла, либо потому что его не было, либо из-за того, что кошка еле стояла на лапах. Король снова предлагал вступить в его прайд, но Бастет при всем желание не могла этого сделать. Когда же лев пояснил свое второе предложение, кошка оказалась в ступоре и в одном и в другом случаи львица должна вступить в прайд, но выбрав второй вариант, она становится не просто рядовой львицей. Однако в голове хищницы возник вопрос. Что же я теряю согласившись? Молчание длилось не долго, кошка раздумывала несколько минут над тем стоит ли задавать этот вопрос. Рано или поздно мне придется его задать. Эта мысль была здравой, не смотря на ту усталость, которую испытывала кошка. Я могу обдумать оба твоих предложения и дать ответ, после того как немного отдохну? Ведь тащить Зарена на себе от самой скалы было нелегко, да и крови я потеряла достаточно. Кошка на мгновение запнулась, а потом все же задала вопрос, который ее так мучил. Кинаи, что я теряю, приняв второй вариант? Ведь не может же все быть так гладко и обязательно есть какое-то но. И я хочу его услышать до того как приму решение. Кошка ожидала ответа, несмотря на то, что ее лапы сильно дрожали, она все же хотела его услышать. Когда же львица его услышала, то только поклонилась королю и ушла в пещеру. Она легла рядом с Зареном в надежде на то, что тот скоро очнется и хоть, что-то случиться хорошее за этот долгий и ужасный день.

0

23

===> Альтаир
Рэй

0

24

Все внимание льва было направленно на разгадку головоломки, имя которой было сейчас Бастет. Вот уже несколько минут прошло с тех пор, как Кинаи ждал реакции гостьи на второе его предложение,  надеясь, что львица не даст воли чувствам, которые, вполне вероятно, охватили ее.  Как только она это все услышала, и это было нормально, просто она слишком хорошо их скрывала, Кинаи знал об этом. Но каждая прошедшая секунда времени говорила о том, что львица все же рассуждает над всеми возможными вариантами и последствиями, с которыми ей предстоит столкнуться уже в ближайшем будущем. Одно было понятным на эту минуту, она не сказала «нет», и эта ситуация затишья, словно перед наступающей бурей, заставляла ждать самого льва, все так же предпринимавшего проследить ход мыслей по выражению или мимике Бастет. Было очевидно, что она размышляет, уставшая, битая обстоятельствами, которые ей пришлось перенести, потерями, которые оставались позади нее, она все же была озадачена. Что бы она сейчас не сказала, лев знал, что ее слова будут лишь верхушкой ледника, за которым будет крыться всегда до конца неизвестная основа.
Наконец-то пауза молчания, нависшая в их разговоре, была нарушена аккуратной речью львицы, которую лев слушал тоже не менее осторожно, ему даже на момент показалось, что она больше, возможно, рассуждает вслух, настолько естественно она себя вела. После ее вопросов, Кинаи, не желая затягивать с ответом со своей стороны, сразу же решил ответить, - «Мудрое и взвешенное решение Бастет. Это доказывает, что ты изменилась, стала более рассудительной и сильной», - решил прежде подметить про ее достойную выдержку Король, после чего решил продолжить с ответом, - «Конечно, ты можешь отдохнуть и поразмышлять над моими предложениями ровно столько, сколько посчитаешь необходимым для себя. Никто тебя поторапливать не станет», - лев посмотрел в сторону пещеры, «… естественно она хочет обсудить этот вопрос с Зареном.  Захочет, что бы услышать его мнение или добиться от него поддержки, или искать причины отвергнуть предложенные варианты», задумался лев, который в любом случае готов был сдержать свое слово и предоставить гостям это место для убежища. Казалось бы, на этом все решено и Кинаи может отправиться разбираться с проблемами в Прайде, которые нуждались в решениях.  Ведь лев дал одобрение на паузу в разговоре, принцесса согласилась все обдумать и на этом все, если бы только не был озвучен ее второй вопрос, который она не сразу, но все же решилась задать. С ответом, на который Король тоже не хотел особо медлить, - «Ты настолько загнана жизнью или перепугана после встречи с Яромиром, что готова искать подвох даже в моей помощи». Такой вопрос немного расстроил Правителя, но все же ответить на него он решился, - «Я скажу тебе, что ты теряешь. Приняв второй вариант, ты теряешь возможность бесследно исчезнуть в песках времени, ты теряешь возможность видеть, как на твоих глазах одиночки, львы Яромира или Кисасиана раздирают Зарена на куски, который из последних сил пытается защитить тебя. И, в конце концов, ты теряешь возможность навсегда стать чужой для своего Прайда, никогда не увидеть больше Скалу Славы, вот чего ты лишаешься», - под конец фразы Кинаи немного дал волю чувствам, которые быстро смог побороть. «А что же я», - кратко продолжил лев, после небольшой паузы, - «Я теряю возможность еще раз увидеть тех львов, которых сам пошлю на возможную гибель, отбивая Скалу Славы из лап Яромира, потеряю так же и союзника, если Кисасиан будет против моих решительных действий».  Решив таким образом дать понять львице, что не такая уж эта ситуация и безобидная.  В первую очередь для самого Короля, но он все равно готов был пойти на это, - «Если ты примешь второй вариант, ты станешь Королевой Прайда, который сохранит твою землю от разорения Яромиром, или неминуемой дележки по частям между мной и Кисасианом.  Если в дальнейшем и возникнут для тебя трудности, то исключительно, как для Королевы и решать ты их должна будешь соответственно, потому что власть – это, прежде всего ответственность, пусть это и будет моим ответом». После такого разговора Бастет, вероятнее всего, была окончательно разбитой или, скорее всего, уставшей и бороться с усталостью уже не было сил и Кинаи лишь провел ее взглядом в пещеру, когда она направилась к телу Зарена.
В этот самый момент из зарослей показались на поляне два льва, за которыми Кинаи посылал Шамаша, стоило отметить, что они прибыли очень вовремя, т.к. Король уже думал отправляться на главную поляну, не дожидаясь их. Кинаи лишь приблизился к самой пещере, где еще совсем недавно он сам разговаривал с Митски совершенно на отвлеченные темы, - «Когда решишься – отправь одного из двух львов за мной, и мы продолжим разговор.  А до этого момента, эти два воина создадут все достойные условия, что бы вы находились в полной безопасности», - сдержанно закончил Кинаи. После завершающего обращения к львице, он направился к двум львам, которые ждали его распоряжений с заданиями, - «Я уже было заждался вас обоих. Рэй, Альтаир, как вы знаете, находиться здесь можно только с моего личного распоряжения, потому вам предстоит остаться здесь и охранять наших новых гостей. А так же следить, что бы они ни покидали этого места, вскоре львица отзовет одного из вас, после чего Рэй останется продолжать нести охрану, а Альтаир, ты отправишься к поляне и известишь меня об этом, я все время буду там. Так же вам нужно следить, что бы никто из гостей соседнего прайда не появлялся здесь, как и наши жители, кроме охотниц, которые будут приносить еду им и вам.   Если же хоть кто-то из наших гостей покинет это место – вся безопасность нашего прайда будет поставлена под угрозу.   А этого мы допустить не имеем права», - Кинаи кинул беглый взгляд в сторону пещеры, - «Потому осознайте всю ответственность задания и отсюда ни шагу, буду, надеется, что долго вам здесь ждать не придется». После того, как Правитель прайда отдал приказ своим подчиненным, те сразу же, без лишних вопросов остались на поляне у пещеры целительницы. Сам же Кинаи направился на поляну, что бы проверить, как там его дочь.

===>  Общая поляна перед Королевской пещерой и Логовом Прайда

0

25

Трудно было понять, сколько времени прошло, и что именно происходило. Зарен иногда возвращался к чувствам, но потом сразу же и терял сознание, лишь иногда слышал голоса, глухой шум шелеста листвы, но постоянно был уверен, что Бастет где-то неподалеку, наверное, только эта мысль и согревала его сердце и подогревала его тягу в борьбе за жизнь. Последнее, что он чувствовал перед очередным провалом сознания, как его оттаскивают в сторону, влажная земля под его телом моментально сменилась на каменное покрытие под ним, было такое чувство, что он вот-вот откроет глаза и справится с пленом своего бессилия, но сознание снова начало покидать его. Зарен старался ухватиться за любую возможность собрать все силы и попытаться не «исчезать» в очередной раз, ведь одна из самых трудных сражений была борьба с самим собой. Но на этот раз он одержал, пусть и небольшую, но победу, - чувство боли вновь наполнило всего его тело, а скорее он начал вновь чувствовать эту боль, но уже не такую острую и нетерпимую, а скорее ноющую и притупленную. Это был хороший знак, значит, лев снова начинал чувствовать свои конечности, как и тело полностью, боль в голове тоже переставала быть невыносимо острой.  Так что не мешала думать и хотеть… открыть глаза, дышать, слышать все, что происходит вокруг, хотеть чувствовать то тепло, которое могла подарить только рядом лежащая с ним Бастет. Последнюю, Зарен действительно начал слышать, как львица аккуратно подошла и легла прямо возле него, в этот момент ему казалось, что он снова в своих грезах и мечтах, настолько это редко они были вместе в последнее время. Хищник попытался открыть глаза, пробивающийся свет, хоть и не яркий, но наполненный разными контрастами цветов  сразу же ударил по зрению, пришлось повторять попытку несколько раз, после чего к нему вернулся ориентир в пространстве, в котором он находился сейчас. Зарен аккуратно начал рассматривать с полузакрытыми глазами, где он сейчас находился, место было очень похожим на пещеру, так хотелось ему верить, что это та самая, которая успела уже стать домом пещера в Скале Славы, но нет, здесь все было по-другому. Возникло подозрение, что он не где-нибудь, а в самой гуще Джунглей, что не могло начать его не беспокоить. Слух тоже начал обостряться и его наблюдения тем самым только подтвердились, поскольку он мог немного, хоть и глухо оценить обстановку, которая происходила снаружи, и все это указывало на густые заросли Джунглей и дикую природу, которая жила по своим правилам в них. Все указывало еще на то, что снаружи были чужие львы, как минимум двое, но точно было сейчас трудно определить, да, это действительно была земля прайда.  В него  Зарен хотел попасть меньше всего после Кисасианова, да еще и в таком беспомощном состоянии, радовало и успокаивало только одно – Бастет была рядом, хоть здесь, хоть так, но рядом. «Баст, дорогая, ты живая», льва обрадовал еще и тот факт, что она была в сознании рядом с ним, а значит, она не так сильно пострадала во время драки с Яромиром, как могла.  Сам лев смутно помнил, что именно тогда происходило, лишь то, что он сильно хотел помочь ей, а остальные детали происходящего были будто в тумане, как во сне. «Только не говори, что мы в Джунглях,  здесь мы в большой опасности, почему мы здесь, почему именно Джунгли?», с небольшим хрипом в голосе решил сразу задать вопрос Зарен, который интересовал его, прежде всего. Хищник был напуган и на то были причины, только лишь его состояние не позволяло показать страх в разговоре, ведь к любому страху относишься совсем по-иному после того, как заглянул совсем недавно смерти в глаза.

Отредактировано Зарен (8 мая, 2014г. 13:39:29)

0

26

Кошка слышала, как ушел Кинаи и как пришли два льва на охрану пещеры. Присутствие охранников немного напрягало кошку, она чувствовала себя птицей в клетке, и от того принимать решение надо было быстрее. Сейчас кошка хотела лишь одного увидеть, как очнется Зарен и хоть осознание того, что ее возлюбленный в той или иной степени в порядке облегчит тот груз, что у львицы на сердце. Она следила за еле заметным дыханием любимого льва и по не многу успокаивалась, усталость пыталась одержать верх над кошкой, но она была намеренна дождаться, когда Зарен придет в себя. Пока же она ждала, то взвешивала все плюсы и минусы того или иного решения, она думала, стоит ли говорить льву, но так же она понимала, что принимать решения без его участия не сможет, ведь она решает не только свою судьбу. И вот случилось то. Чего кошка так ждала, Зарен пошевелился и проявил признаки жизни. Его первые слава ласкали слух кошки, ее имя, произнесенное им, львица улыбнулась и наклонилась к нему. Главное, что ты жив дрогой. Она нежно лизнула его в щеку, боясь любым своим движением причинить ему боль. Как ты родной? Можешь пошевелиться? Начала обеспокоенно спрашивать львица, но вопрос льва сразу вытеснил все ее мысли. Несмотря на то, что льву было тяжело говорить, кошка слышала обеспокоенность в его голосе. Здесь мы в большей безопасности, чем где либо. Я давно знаю Кинаи и джунгли это единственное место, где нам могут помочь. Не осуждай меня за то, что я принесла тебя сюда, другого выхода у меня не было. Я не могла подчиниться Яромиру, и в земли Кисасиана нам вход закрыт, да и на свободных землях мы были бы не в безопасности. Кошка почти молила льва не судить ее, она знала, что многим рискнула, придя сюда, но так же она знала, что спасает жизнь любимого. Львица опустила голову и лишь одна слеза скатилась по ее щеке и скрылась в рыжей шерсти. Львица быстро собралась с силами и продолжила разговор. Сейчас нам надо чтобы ты поправился и набрался сил, а потом нам надо будет принять очень важное решение. Кошка замолчала и посмотрела на выход из пещеры, два льва, что ее охраняли, не показывались на глаза, но она все равно чувствовала их присутствие. Львица перевела взгляд на Зарена и спросила. Зачем нужно было связываться с Яромиром, зачем нужно было начинать драку?

0

27

Волнение так и не покидало Зарена. Лев очень любил свою принцессу и до конца не мог понять до сих пор, как там все произошло, на той Скале Славы, где он должен был охранять Бастет, гарантировать ей безопасность, которую она ему доверила стеречь, а он не справился. Не было ясным и то, когда Яромир решил накинуться на Зарена в самый последний момент, проявив, таким образом, всю свою ярость я показав тем самым свою цель прибытия – захватить Скалу Славы любой ценой. Зарен начинал вспоминать тот момент, на котором все оборвалось, когда наступила тьма в сознании, в нем самом, ведь тогда захватчику не нужно была смерть его или Бастет, Яромир стремился подавить всякое сопротивление по месту. С изгнанником он перешел на язык силы, когда тот пытался заговорить ему зубы, что бы задержать его разговором до прибытия любимой, а с самой Бастет, зверь мог расправиться еще безжалостнее, если бы она не отступила. Сейчас лев начинал все это вспоминать, будто как сон, который пытаются вспомнить после пробуждения, и в этот самый момент он сделал душераздирающий вывод, что его снова предали. Любящая его Бастет не знала этой истории, как именно у него завязались деловые отношения с Яром, а заплатить за «сделку с дьяволом» пришлось чуть не своей жизнью.
«Нет», уверенно решил хищник настоять на раннее сказанном. Зарен вспомнил себя, когда его только изгнали из прайда, тогда он мог умереть сам в себе, пусть бы и жил он годами до конца жизни дальше в степях саванны, но умирающие тоже дышат, пока не найдут своего конца. От этого его уже тогда спасла львица, которую так плохо он тогда знал, и так сильно ее любил сейчас.  Именно она помогла ему ожить в себе и своей нежностью убедила его в том, что он не стал изгнанником, не для нее. Этот случай был вообще сверхъестественным для хищника, потому что он не понимал до конца, как его любимая не оставила его, ища помощи в тех же Джунглях, но сама отважилась на такой поступок, и более того – ей удалось. «Это ты меня спасла, тем, что остаешься рядом».
Найти ответ на вопрос о своем состоянии, Зарену и самому стало интересно, и даже необходимо, потому что он не хотел лишний раз отягощать любимую своей уязвимостью и беспомощностью. Для этого ему нужно было как можно быстрее разминать свои конечности и пытаться встать на свои четыре лапы. Затем последовала первая попытка, подняться, которая оказалась удачной – ему удалось сесть, опираясь спиной о каменную стену. «Как видишь, я выздоравливаю с каждой минутой», решил он отшутиться, умалчивая о боли, которая еще била по телу, пусть и не так остро, как раньше. Но после того, как легкая и ироничная ухмылка прошла, Зарен перевел свой взгляд на выход из пещеры, сейчас он уже мог с уверенностью сказать, что снаружи было два хищника, как ему подсказывало его обоняние, оно так же и не скрывало того, что их присутствие было различить легче, благодаря сырости, которая всегда отягощала воздух и делала чутье острее. После таких наблюдений, хищник вновь обратился к любимой, что бы ее все же постараться успокоить, «Я не осуждаю тебя, а восхищаюсь», и в этом была абсолютная правда, но все же обстановка вынуждала его опасаться за них обоих. «Но Кинаи…», Зарен решил сделать небольшую паузу, что бы обдумать свою мысль получше, и выразить по яснее, «Баст, он ставленник Кисасиана и сам из себя никакой самостоятельной фигуры не представляет. Я был еще в прайде, когда твой дядя назначил этого льва Королем в Джунглях лишь бы обезопасить их от возрождения в них Банды Самсона. Мне здесь не безопасно в первую очередь, потому что Кинаи может сделать из меня достойный подарок твоему родственнику в любой момент, что бы закрепить, таким образом, дружбу с ним». Зарен долго говорил и дыхание его начало быть немного тяжелее, чем когда он только очнулся, но довести мысль до конца было необходимо, «Но он этого не сделал. А это может обозначать лишь одно – ему что-нибудь от меня, или даже от тебя, да нужно, а значит, о безопасности для нас обоих здесь и речи идти не может».
Второй заданный вопрос Бастет ждал ответа, и после своих догадок и рассуждений вслух о коварности Кинаи, лев решил отвлечься, пытаясь ответить, прежде всего, перед самим собой, что же на самом деле произошло. «Родная, не было никакой драки, я даже не смог побороться за Скалу. Яромир появился неожиданно со своей белой марионеткой и сразу же агрессивно себя поставил». В эти моменты, будто из тумана, в сознании льва начали просвещаться события, которые тогда происходили, как и сам разговор в своих деталях. «Я всего лишь старался парировать все угрозы, которые он мне высказывал, я преследовал лишь одну цель – оттянуть время, как можно больше, что бы ты вернулась, и силы более-менее уравнялись. Потом что-то пошло не так, ситуация в разговоре вышла из моего контроля и он начал более агрессивно реагировать на каждый мой вздох, затем он просто одним рывком вышвырнул меня. Больше я отчетливого ничего не могу вспомнить, лишь помню мысль, что ненадолго пришел в себя у подножия Скалы Славы и думал, как можно быстрее подняться и спасти тебя. Я не помню, что бы я поднимался, может я тогда еще и от него получил, помню лишь мысль и все». Когда Зарен закончил с воспоминаниями, его внимание привлек какой-то шорох на поляне возле пещеры, но ничего серьезного за этим не последовало. «Нас даже стерегут два льва», подметил тихо лев, что бы ни привлекать лишнего внимания охранников к содержанию его разговора. Как бывший главный воин прайда, по образцу которого Кинаи выстраивал свой, Зарен понимал, что за простое «спасибо» их никто не принял, и уж тем более охрану бы никто не выставлял в жизни. Оставался лишь один вопрос, который он решил задать любимой, «Милая, на каких он нас принял условиях? Или вовсе и не принял, а готовится отдать меня для расправы твоему дяде?», это для Зарена оставалось не понятым моментом, который он хотел знать.

0

28

Когда Зарен встал, львица подскочила к нему, опасаясь, что тот может упасть, но лев удержался. Кошка уткнулась в черную гриву льва и тихо заурчала. Ляг родной, тебе надо отдыхать. Кошка лизнула льва в нос и улыбнулась. Однако лев заговорил об опасности оставаться в джунглях. Зарен дорогой все будет хорошо. Здесь нас никто не тронет. Кошка посмотрела на выход из пещеры и тяжело вздохнула. Охрана, приставленная королем, немного напрягала, но все же львица чувствовала себя спокойнее. Я знаю Кинаи очень давно и возможно он и обязан Кисасиану за трон, но все же он может сам рассуждать о том, что для него выгоднее. Львица смотрела на любимого и поражалась его силе, упасть с такой высоты и сейчас держаться на лапах. Кошка повернула голову и посмотрела на любимого. Зарен начал вспоминать события, которые произошли ранее, и от этого кошка напряглась всем телом. Когда же лев закончил она тяжело вздохнула. Не волнуйся любимый, он поплатится за свой поступок. И скала снова будет принадлежать нам. Шея кошки еще немного болела от полученного удара, однако кровь уже не текла. И тут лев задал вопрос, который кошка меньше всего хотела слышать. Он дал нам приют и помощь по моей просьбе, действительно рискуя многим. Кинаи раньше жил в прайде моего отца. Кошка говорила тихо и спокойно, выбирая каждое слово. Из поставленных условий был уговор, что мы не покидаем пещеру, дабы львы соседнего прайда не узнали о нашем присутствии. Кошка замолчала думая стоит ли говорить любимому о тех предложениях, которые сделал ей Кинаи, и все же решила сказать и ничего не скрывать от любимого. Но Кинаи сделал мне несколько предложения и позволил подумать, что выбрать. Мы можем уйти из джунглей, как только ты поправишься и восстановишь силы. Однако после нашей стычки с Яромиром мы не будем на свободных землях в полной безопасности, не говоря уже о том, чтобы вернуть скалу без чьей либо помощи. Но есть и другие варианты. Кинаи предложил вступить в его прайд, тем самым он гарантирует нашу безопасность, вступив на этих условиях, мы будем обычными львами в прайде без каких либо претензий на скалу. Кошка замолчала, подбирая нужные слова. Еще он предложил вступить в прайд, но совершенно на других условиях. В этом случаи я стану королевой этого прайда, а ты главным воином. Тогда Кинаи сможет помочь нам вернуть скалу и даже сам Кисасиан не сможет здесь, что-либо сделать. Кошка замолчала, опустив голову. Весь разговор львица не поворачивалась к Зарену той стороной, с которой у нее были раны, но сейчас лев мог их увидеть, даже не смотря на то, что львица быстро подняла голову, вспомнив о них.

0

29

Зарен слушал очень внимательно любимую львицу, что бы найти в ее словах полноценный ответ на свои вопросы в этой ситуации, в которой они оказались. Было понятно, что Кинаи попытался провести разговор с Бастет, когда Зарен был бес сознания, который прекрасно знал много о законах и мог учуять приближение «подводных камней» в разговоре. Но нет, предложения были озвучены самой львице, без его личного участия в разговоре, что бы лишь на своих догадках лев смог строить свои размышления, ища подвох в этой обстановке. «Вот именно, этого правителя, как и любого другого Короля, всегда будет интересовать только своя выгода, себе в ущерб никто из них даже  глазом не моргнет», пронеслось в голове хищника замечание о Кинаи, когда Баст говорила о самостоятельности джунглей от власти Кисасиана. Но если о первом он смог умолчать, то когда принцесса, в очередной раз напомнила, что хорошо знает ее старого знакомого, тогда лев, уже не сдержавшись, решил подправить ее, внеся некую ясность в историю событий, «Ты слишком уверенна в нашем общем старом знакомом.  Хоть  мне до этого момента ничего плохого не сделал, а вот твоему прайду  в прошлом – да». Зарен немного усилил опору на заднюю стену спиной, чувствуя, что ему скоро нужно будет прилечь.  Но пока что он намерен был продолжить разговор, «Когда ты исчезла из прайда, твои соплеменники начинали допускать самые разные варианты того, что с тобой стало и кто виноват в твоем исчезновении. Я говорю как раз о том времени, когда Кинаи еще был простым воином в твоем прайде, и именно воспользовавшись, случаем твоего исчезновения.  Воин попытался захватить власть, что самое интересное – все его соучастники были казнены, а он изгнан. Что повлекло череду страшных событий, вплоть до опустошения и падения твоего прайда, в наших рядах ходили слухи, что Кинаи был в сговоре с Бандой и именно Самсон закинул его туда, в прайд с целью захвата власти, но правды так никто и не узнал. Вот почему я прошу тебя не быть столь доверчивой к этому прайду». После своего рассказа, льву пришлось услышать именно то, что он всего больше хотел узнать – условия, на которых они были приняты в Джунглях, а точнее предложения, над которыми им было отведено время для рассуждения. От услышанного у Зарена мурашки прошли по коже, оказывается, что чувство волнения не спроста его не оставляло все это время, как он только открыл глаза. Лев посмотрел на любимую, что бы ответить, но в ту самую секунду она наклонила голову, и он увидел ее раны, те самые, которые Яромир успел нанести ей. «Милая, не прячь от меня своих ран», сказав это хищник, аккуратно, с нежностью, пролизал ту часть шеи, которая была расцарапана. Это хоть и отвлекло его от шокового состояние, и поубавило удивление, но не совсем на долго, ведь этот вопрос сам собой не мог решиться. Что бы упорядочить свои мысли и прокомментировать каждый вариант для любимой, Зарен просто начал разбирать каждое предложение с тем видением, как он понимал и  оценивал.  «Если мы просто просидим здесь, как взаперти все это время, а после – уйдем, это будет обозначать наш конец, после этого, что бы уже не произошло со Скалой Славы, мы этого уже не увидим. Яромир позаботиться о тебе, а твой дядя обо мне», таким образом, лев был согласен с любимой, что вариант ухода требовалось исключить из рассмотрения вообще. «Остаться в прайде назвав его новым домом…», лев посмотрел на Бастет, «Тебе придется забыть навсегда кто ты такая. Кинаи действительно в силах будет заступиться за меня с тобой перед Кисасианом, но Скала Славы…», Зарен вновь сделал небольшую паузу, «Баст, тебе придется отречься от нее, потому что она в лучшем случае перейдет под управление Кисасиану, в худшем – будет поделена между двумя прайдами». Хищник был сейчас жертвой обстоятельств, потому и вел себя тихо, потому и говорил, обдумывая, что сказать дальше, - «И самый последний вариант – третий, полон плацдарма для будущих интриг. Если ты станешь», Зарен немного запнулся, потому что этот вариант был самым трудным для него. «Королевой, тогда нам, возможно, ограничат с тобой общение, но не могу этого утверждать точно, потому что это уже будет право Кинаи решать». Лев задумался, он пытался продумать как можно больше всех возможных темных сторон, которые им предстоит перенести в случае выбора этого варианта, «Есть еще один опасный момент – в прайде сейчас нет Королевы, но уже есть наследная Принцесса.  Ее родила льву черная пантера, которая раньше была у нас в Прайде, ее имя Байо. С ней у тебя сразу же испортятся отношение, она мала и воспримет это, как измену отца матери, а тебя возненавидит.  Как только она сможет принять власть в свои лапы, неважно то – будет власть эта над Джунглями и Скалой Славы либо только над Джунглями, она сможет нас так же просто изгнать, как Кинаи принял.  Может возникнуть еще много вопросов, которых я сейчас не могу предвидеть, и нам с тобой предстоит их решать по мере их поступления». Зарен наклонил голову, будто уходя от прямого взгляда любимой, «Я тебя до этого подвел, потеряв перед тобой Скалу Славы, потому я хочу тебя спросить – на что ты согласна пойти, с тем я и соглашусь». Зарен действительно понимал, что они оказались в очень трудной ситуации, в которой от них, на самом деле, зависело куда меньше, чем могло показаться на первый взгляд из-за «подводных камне».

Отредактировано Зарен (9 мая, 2014г. 19:49:23)

0

30

Львица внимательно слушала льва и с каждым его словом, отчаяние поднималось в ней, медленно подступало к горлу и в этот раз задержать слез, кошка не смогла. Вот та причина, по которой погиб ее прайд, вот тот, кто его предал. Львица отвернулась от Зарена, дабы он не видел ее слез, она пыталась как можно скорее успокоиться, но не могла собраться с мыслями и силами. Когда лев полизал ее раны, дрожь прошла по всему ее телу, но слез это не остановило. Она лишь на шаг отошла от любимого, а тот продолжил разговор. Он рассуждал о возможных выходах из ситуации и был согласен с львицей, что становиться одиночками им нельзя. Отдавать скалу Яромиру или кому-либо из нынешних королей, кошка не собиралась. Оставался лишь один вариант, но тут действительно было слишком много подводных камней. Предположение Зарена об ограничении их общения было здравое, но в этом кошка собиралась поставить свои условия королю джунглей. Она несколько раз глубоко вздохнула и спрятала глубоко в себе те слезы, которые не успели появиться. Львица повернулась к любимому и подошла ближе, снова уткнувшись в его черную гриву. Дорогой нас никто не сможет разлучить. Думаю, стоит принять предложение Кинаи, но при этом поставить некоторые свои условия. А сейчас тебе надо отдохнуть, прошу тебя, ляг, и мы сможем продолжить разговор. Кошка тихо заурчала и лизнула льва в щеку, а потом немного отошла и легла, ожидая Зарена рядом.

0

31

Слезы любимой заставили Зарена пожалеть о том, что он дал себе волю в чувствах, совсем не учитывая ее болезненного восприятия тех давних событий, но ее чрезмерное доверие к Королю начинало немного беспокоить, и все же ему следовало воздержаться, хотя бы сейчас. Эта история с Кинаи растрогала львицу, накатившие чувства были настолько сильными, что она не удержалась от слез. Когда Бастет отошла ото льва, что бы побороть свои чувства, Зарену стало очень плохо на сердце. Прошло еще немного времени, и она просила его отдохнуть, конечно же, ему было что возразить, но он сделал вскидку на то, что был виноват за ее расстройство и чрезмерно обязан за спасение.
Хищник решил послушаться совета и, отойдя от стены, и молча подошел ближе к любимой, что бы лечь рядом с нею. «Баст, тебе не нужно прятать своих слез от меня или скрывать их. Все равно ты для меня всегда будешь самой сильной и нежной львицей, которую я когда-либо встречал», решил продолжить разговор лев, и лизнул по щеке, свои принцессу. «Ты как всегда непреклонна не перед кем», сказал Зарен, подмечая силу воли любимой,  «Ставить условия Королю, который приставил к нам двух львов, что бы те, если мы попытаемся вырваться избили нас до полусмерти». Возможно, Зарен и преувеличивал, но лучше было все преподнести львице в сгущенных красках, чем что-либо недоговаривать или упустить из поля зрения что-нибудь допустимое. Он был сейчас очень доволен тем, что его любимая не решила все сама, но выдвинула свой вариант перед Кинаи, тем самым беря паузу в таком важном разговоре с Королем. Которого быть может сам Зарен и не знал так хорошо, как следовало бы, но ему достаточно было, что он знал и помнил Кисасиана. «Это, как минимум, смело», решил он, таким образом, подытожить свою мысль. В положении лежа, дыхание, наконец, таки нормализировалось, и лев мог уже спокойно разговаривать, голова тоже постепенно  прекращала кружиться, «наверное, мне еще некоторое время придется воздержаться от смелых рывков и поберечь свое здоровье, пока оно полностью не восстановится», пронеслась мимолетная мысль. Еще немаловажным лекарством для него была рядом лежащая Баст, которая, казалось, одним только присутствием своим уже заставляла его забыть о своем недуге, даря лишнюю надежду, что вот совсем скоро он уже будет снова здоровым. «Байо все же не стоит списывать со счетов», Зарен пытался обратить внимание на те стороны проблемы, от которых он с ней мог быть наиболее уязвимы, «От ее злости к тебе не убережет ни одно из самых клятвенных обещаний Кинаи, даже искренних. Потому с ней мы должны будем решить проблему, пока она этих проблем еще не может создать нам самим». Хищник понимал, что негласно он смирился со вторым вариантом, предложенным марионеткой Кисасиана, и разговор велся исходя уже из его вытекающих последствий.  «Когда Кисасиан исчез из своего прайда, все бразды правления перешли ко мне, потому как я оставался единственной силой, которая могла уберечь жителей от угрозы Банды. Но Роуз начала подозревать меня в узурпации власти, поскольку я редко с ней советовался, да и смысла не было – пантера постоянно скорбела по исчезнувшему Кисасиану, и в ее приказах не могло быть здравого рассудка. Это все чуть не привело к расколу прайда». Зарен решил плавно привести пример в подтверждение и обоснование тому, что он собирался сказать дальше, «Потому, зная те события, и пытаясь себя уберечь от подобных ситуаций, составляя законы этих Джунглей, Кинаи упростил власть Королевы, как таковой. Потому приняв второй вариант, своей властью ты ни как не сможешь повлиять на юную принцессу». Хищник выдержал небольшую паузу в разговоре, что бы обдумать следующие мысли, видимо он действительно оценивал Байо, как угрозу для любимой, раз уделял этой теме столько времени. «Личными беседами ты на нее тоже не повлияешь, потому что это маленький капризный львенок, прибавь к этому чудовищу еще и власть и поймешь, что она сможет сделать с нами. Убить ее тоже не вариант, потому что это сорвет намерение Кинаи сражаться за Скалу Славы, убив его самого большим горем. Но есть другой, более дипломатический вариант и тактический ход ,который ты, моя любовь, сможешь предпринять став Королевой». Зарен в очередной раз нежно лизнул любимую львицу по шее, «Хоть Кинаи и заверил тебя, что ему начхать будет на мнение твоего дядюшки, но нам с тобой его скидывать со счетов тоже нельзя.  Ясное дело, что ему действия Кинаи могут, не понравится и так оно и будет.  Если только перед этими самым шагом не укрепить отношения с соседним прайдом настолько, что бы у твоего родственника и возможности не было даже подумать осудить Кинаи. Тебе нужно будет посоветовать горе Королю Кинаи  засватать Байо на Локи, львенке-принце Кисасиана, таким образом, маленькой принцессе придется покинуть эти Джунгли навсегда, и она уже ничего не сможет нам здесь сделать. Имея такой союз, Кисасиан вынужден будет умолчать про осуждение или несогласие с поступками своей марионетки», Зарен пытался найти все возможные альтернативные варианты самым резким и безумным, которые куда бы проще решили все проблемы.

Отредактировано Зарен (10 мая, 2014г. 09:55:23)

0

32

Когда лев лег рядом, по телу кошки растеклось тепло, она положила голову любимому на плечо и тихо заурчала. Сейчас кошка не хотела говорить о каких-либо проблемах, но надо было все окончательно решить. С Байо разберемся, я не думаю, что она будет большой помехой в наших планах. В конце концов, я соглашусь стать королевой, а не спутницей Кинаи. У меня есть тот, чьей спутницей я буду. Кошка снова заурчала и лизнула льва в щеку. Сейчас ей было хорошо и спокойно, Зарен был рядом и в целом поправлялся, она тоже не сильно пострадала, но лишь благодаря ему и если не думать о потерянной скале все было прекрасно. Зарен мы же совсем сможем справиться, мы вернем нам нашу скалу и восстановим прайд. Главное что мы вместе, а все остальное незначительные проблемы, мы преодолеем. И запомни нас никто и никогда не сможет разлучить. Кошка на мгновение замолчала, а потом продолжила. Любимый ты же сможешь быть главным воином? И я думаю, мы сможем жить в отдельной пещере, думаю, нам разрешат. Кошка снова заурчала и начала тереться о шею льва.

0

33

Зарен выдержал паузу в разговоре, ведь ему было что обдумать – с одной стороны он абсолютно не доверял принявшей их стороне, которая приставила к ним охранников. В предложениях и вариантах Кинаи обязательно должны были быть «подводные пороги», лев чувствовал это, даже не исключая, что в будущем он сам сможет стать предметом и темой манипуляций для правителя джунглей перед его любимой Бастет. И ведь, когда львица будет в статусе Королевы – изменить уже что-либо будет мало шансов с ее стороны. Для Зарена все равно оставалось больше вопросов, чем ответов «Какие полномочия имеет в прайде Кинаи Королева? Какова ее власть и вообще имеет ли она здесь эту власть? Или все бразды правления сосредоточены именно в лапах Кинаи?». Последний вариант был более вероятен, какой король станет просто так делить власть с львицей, которая стала правительницей в ходе необходимости и стечения обстоятельств? Такое положение дел лишало Бастет хоть малейших гарантий безопасности, как львицы и веса ее решений в джунглях, как правительницы.
Слова любимой о том, что она все же согласна стать Королевой царапнули слух льва и только ее нежность и тепло, которые она сейчас дарила ему, помогали смягчить осознание безвыходной реальности. Вопрос о назначении Зарена Главным воином прайда тоже имел большую вероятность быть больше предметом для убеждения Королем самой Бастет, чем представлял собой какие-нибудь реальные назначения. Логика была простой – если назначить Главным воином льва, который находится в изгнании у соседнего, дружественного правда, этот тоже является поводом испортить или пересмотреть существующие отношения. А значит речи о реальной власти в этом вопросе тоже не шло, все было построено со стороны Кинаи, в его предложениях, чтобы создать привязку его новых гостей, которых он мог в будущем использовать и это наводило еще больший страх. Зарен не верил Королю и в жизни никогда бы не согласился на такие условия для себя и, уж тем более, для Бастет, он никогда не согласился бы размышлять над тем, что бы его любимая львица стала Королевой какого-нибудь Короля. Но сейчас они были заложниками обстоятельств, и об этом напоминали два сильных и здоровых льва, которые до сих пор послушно и терпеливо охраняли своих гостей, как король и приказал. Возражать о чем-либо сейчас не было уместным, возможно в будущем Зарен попытается изменить обстоятельства в их пользу, что бы соотношение сил, пусть даже в самих Джунглях, но поменялось в пользу Бастет, но сейчас ему нужно было согласится со всем, что от него требовалось. Лев лизнул в носик свою любимую, пытаясь спрятать свое разочарование из-за собственной беспомощности, - «Да смогу и сделаю все необходимое, что бы ты смогла чувствовать себя в безопасности, даже здесь, в этих джунглях, где друзей у нас совсем не осталось», - с тяжелым вздохом проговорил лев, после чего нежно куснул любимую за ушко, хотя в глубине сердца понимал, что от него здесь уже ничего не зависит. «Единственное, о чем прошу – не забывай, что здесь мы чужие и в джунглях для нас друзей нет. А наше соглашение принять условия Кинаи, создадут только дополнительные проблемы и, возможно, врагов». Зарену еще трудно было до конца осознать, на что они соглашаются, потому и вел разговор больше в предостерегающей манере, - «Давать ответ предстоит все равно не так мне, как тебе Королю. Ты его знаешь дольше меня, потому попытайся избежать как можно больше подвоха с его стороны», - дальше последовал небольшой приступ боли в голове и лев решил выдержать еще одну паузу в разговоре, дав возможность Бастет высказать свои мысли по этому поводу.

0

34

Кошка молчала, пока ее возлюбленный говорил и обдумывал ее слова. Наличие охраны у входа в пещеру очень сильно давило на кошку, он в очередной раз подумала о том, что они в ловушке. Но в тоже время лучше сейчас быть здесь, чем пытаться скрыться от Яромира. Зарен замолчал и что-то внутри подсказало львице, что чувствует он себя не достаточно хорошо. Дорогой, что у тебя болит? Кошка решила временно сменить тему разговора, поскольку и ей и ему нужно многое обдумать. Однако на долго откладывать принятие окончательного решения не стоило. Нам надо постараться увидеть все подводные камни в данном вопросе, до того, как мы с ними столкнемся. Я понимаю, что в этом прайде у нас нет друзей, собственно, как и в любом другом месте, но сейчас это самое лучшее место, где мы можем быть. И конечно нельзя забывать о том, что рассчитывать мы можем только друг на друга. Кошка осторожно положила голову на лапы любимого льва и тихо заурчала. Я люблю тебя Зарен. Нежно проурчала Бастет. Такая нежность ей была не свойственно, особенно последние несколько лет и эта нежность и чувства теперь стали ее слабостью, но она была рада этому, однако понимала, что чем меньше жителей саванны об этом знают, тем лучше для них обоих.

0

35

После дождя земля была чуть сырой и это наводило лёгкую тоску. Кому нравится сырая земля? Точно не Джеру. Он был счастлив, что сейчас находится почти под сводом пещеры. Ему было велено охранять и не отпускать гостей или пленников. Льву было всё равно, надо было лишь подчиниться приказу. Их болтовня даже забавна. Думаю они уверены в том, что мы ничего не слышим, а зря. Я слышу буквально каждое слово..ммм, смысла в их словах мало..любовные сопли. Фу, для меня это чуждо, надеюсь никогда не буду так выглядеть со стороны. Джер закатил глаза и сморщился. Рядом с ним сидел Рей и похоже тоже слушал разговор гостей. Джеромо подмигнул ему и потянулся, выпустив когти. Стоп, я ослышался? Они говорят об принцессе? Гады.. Кинаи узнает об этом. Лев поднял лапу вверх и Рей тоже напрягся. Джер пытался вслушиваться в каждое слово. Вернуть скалу? Ох, какие сомнительные мечты. Пусть тешат себя этими призраками радости. Джеромо то забавил их разговор, то злил. Ему было странно оказаться в гуще этих событий. Он считал, что козни строят в тайне, точно уж не так открыто, как делали эти двое. Но это было на лапу. Всё, что нужно он узнал о этих двоих и уже презирал их. Они выглядят жалкими со своими замашками и их разговоры утратили смысл. Надо завязывать этот бардак. Джер развернулся в сторону "гостей". «Завязывайте со своими сюсюканьями», - по льву было видно, что он не доволен, да он и не скрывал этого - «У вас было много времени, чтобы обдумать своё решение.» Джеромо хмуро посмотрел на Зарена, а потом перевёл взгляд на Бастет. В нём буквально закипало недовольство, но он держался, как мог. Король велел, охранять, не отпускать и получить ответ. Всё, что требовалась. О атаке и речи не было, но зато думать не запрещалось. Джеромо позволил себе взглянуть на напарника, который был согласен с ним. «Даже Рей устал ждать, а он из нас самый терпеливый», - лев говорил медленно, взвешивая каждое слово. Конечно, это был сарказм, но ему это казалось очень забавным. Не должен же он скучать во время этого задания. А это был отличный случай - гости утомлённые, слабые. Но как-то умудряются столько болтать. Джер мог смириться с тем, что они говорят о своих планах, но любовь-морковь - это было краем. Лев не понимал почему они об этом говорят сейчас, да и не мог. Он понятия не имел об этом чувстве. Оно было таким же запретным, как разговор о его отце-беглеце. Так, что Джер продолжал ухмыляться, ожидая ответа гостей.

Отредактировано Джеромо (17 января, 2015г. 22:22:31)

0

36

Зарен ловил себя на мысли, что иногда он начинал слышать лишь на одно ухо свою любимую, но сейчас нельзя было заострять внимание на этом, потому он не захотел сильно посвящать львицу в подробности о своем самочувствии. «Я чувствую себя уже гораздо лучше, твой голос меня лечит», - как можно нежнее прошептал хищник, как же он чувствовал себя на самом деле? – бывало и по лучше, голова время от времени отдавала сильной болью в затылке, во время чего он просто хотел провалиться сквозь землю. Твердости в лапах он до сих пор не мог почувствовать, чтобы спокойно подняться и стоять на земле, а еще и слух начал подводить, но он всеми силами хотел себя заставить думать, что это все усталость, и что вскоре все закончиться. Льву было больно, поскольку наверняка он еще полностью не мог осознать весь тот тупик в событиях, в которые попали они, и что ему о себе было сожалеть – под больший удар попадала его королева и мысли об этом приносили боли больше всего, как стрела раскаленная, пронизывали само сердце. Зарен понимал, что они просто обязаны были согласиться, сам вопрос об этих условиях был поставлен настолько искусно и хитро, что хоть пособие по таким уловкам пиши, да дипломатов по нему учи, иначе Яромир мог бы очень легко добраться до них, но почему не мог преодолеть Джунгли? – Оставалось загадкой, будто бы сама местность отпугивала его, но даже если и так – его любимая и он обречены были остаться заложниками здесь навсегда. Здесь льву помогал опыт в рассуждениях из прошлого, когда он был Главным Воином в Прайде Кисасиана, если хищника принимают в Прайд, то за его жизнь в ответе только Король, правитель имеет власть над жизнью и смертью, потому хищник должен был всецело довериться Правителю, перед тем как принять решение. Разве доверял он Кинаи настолько, чтобы добровольно принимать такие решения? – нет, он стал заложником обстоятельств, а значит и дальше им останется, не важно какое решение будет принято. «Единственное что дорого для Кинаи – его львенок Байо, нужно будет не спускать с принцессы глаз, чтобы подобраться к ней по ближе», только пронеслась мысль в голове Зарена, как их уединение было нарушено.
В пещеру вошел один из двух охранников, которые были преданными псами здешнего Короля, и начал откровенно говоря, издеваться над ними и это уже было слишком – мало того, что к ним уже была представлена охрана, которая напоминала одним только своим присутствием, что гости не гости вовсе, а самое настоящее ничтожество, так еще и такие выходки. Любимая пыталась его недавно успокоить, что это вынужденные и временные меры, но, если Кинаи разрешил себя вести так себя своим охранникам с ними, это переходило все границы дозволенного, ведь с таким успехом он мог просто подойти и лишить их жизни. Этим поступком лев окончательно дал понять Бастет и Зарену, что их жизнь, их личные чувства друг ко другу ничего здесь не стоят, даже грязи на земле, оставленной после дождя и это заставило сжаться от боли сердце зверя. Ведь на его собственных глазах унижали его принцессу, его королеву, его любимую львицу, а он бессилен ее защитить? – нет, повторить такой ошибки он не мог себе позволить. Совсем недавно он был бессильным перед Яромиром, когда бес сил поднялся на Скалу Славы прося его отпустить Бастет и оставить их в живых, это было позором для него самого, унижением, которого сейчас нельзя было повторять.
Зарен собрал всю силу воли, сжав челюсти от злости так, что казалось сейчас все зубы переломаются, боль и злость предали ему сил и возможность подняться и стоять перед обидчиком прямо, хотя усилий для этого он тратил немало. «Да как ты смеешь переступать порог этой пещеры? – Мы здесь по приказу твоего Короля, и он сам лично дал нам времени столько, сколько понадобиться», - после последнего слова в груди появилась боль от ушибов, которую он не чувствовал раньше, наверное, из-за того, что он всё-таки лежал, а сейчас ему нельзя было показывать свою слабость. «И я не обязан выслушивать всю эту грязь, которую ты высказываешь, потому предупреждаю тебя один и единственный раз – отправляйся на свое место и только попробуй повторить глупость еще раз, и я обещаю тебе, я устрою все необходимое, что ты вообще пожалеешь о своем рождении и встречи с нами, услышал?!» - Зарену пришлось присесть, чтобы унять боль в задних лапах, но теперь большая нагрузка шла на переднее, что тоже было не совсем хорошо, но он надеялся, что эта беседа сейчас же и закончиться, иначе последствия могут быть разными. «А теперь выполнять приказ, живо!» - льву очень нужно было, что бы этот чужак послушался его угроз, иначе на дольше Зарена не хватит, состояние у него было не то, для таких дебатов

0

37

Львица даже не успела среагировать, как между Зареном и одним и охранников завязался конфликт. Зарен была уже на лапах и кошка видела, что он держится на них из последних сил. Ей до чертиков надоели мужские стычки и ее терпению пришел конец. Бастет подскочила с места и выпустив когти стала между охранником и Зареном. Кошка была в бешенстве несмотря на то, что у нее на данный момент было мало сил, она рычала, хвост метался из стороны в сторону. Она смотрела на обоих львов и из ее глаз летели искры гнева. Так хватит. Мне надоели ваши дурацкие мужские стычки. Первым она повернулась к Зарену. Ты ляг и отдыхай, тебе сейчас только драки не хватает. Потом кошка повернулась к охраннику. А ты. Тебя не касаются наши разговоры. И в первую очередь ты должен помнить, что мы гости в вашем прайде, пусть не совсем желанные, но мы гости, а не пленники. И то как ты себя ведешь, не отвечает элементарным правилам гостеприимства. Кошка глубоко вздохнула, однако это не помогло ей успокоиться и она все так же рыча продолжила. Иди и позови Кинаи, а еще нам нужна целительница или кто угодно, кто сможет помочь Зарену. Выполняй немедленно. Властно сказала кошка, вспомнив все те уроки, которые ей когда-то преподал отец, он всегда учил ее, что где бы на не была, она в первую очередь принцесса.  Надо соглашаться на условия Кинаи иначе долго мы тут не протянем, тем более с этими охранниками, однако согласиться без наших условий было бы глупо. Тянуть больше нельзя. Кошка продолжала злобно смотреть на охранника, ожидая любой его реакции.

0

38

Джеромо дождался ответа гостей и его глаза сузились до такой степени, что были похожи на маленькие щёлки. Царское отрепье и её подкаблучник, да как они смеют ставить свои рамки, находясь на нашей земле? По виду льва было ясно, что он вне себя от гнева. Гости были слабы и не могли защищаться в полной мере. Получается, что силовое превосходство на моей стороны. Хм, со мной ещё и Рей. «Я имею гораздо больше прав на эту пещеру, чем какие-то чужаки. Это пещера принадлежит моему прайду, а я член этого прайда. И из всего этого следует, что не тебе решать находится мне в ней или нет», - голос льва буквально гремел, отталкиваясь эхом от стен пещеры, - «А если ты не закроешь свою пасть, грязный изгнанник, я закрою её!» - Джер мог успокоить свой гнев лишь хорошей дракой. А как иначе? Он не признавал изгнанников, потому что они предали корону. А как можно предать свою семью? Отвратительное поведение по его мнению. Прайд - это семья. Лев уже сделал шаг для того чтобы нанести удар, когти были выпущены, шерсть стояла дыбом. Но тут произошла неслыханная наглость. Львица влезла в разговор двух львов. Неслыханно. А она не просто влезла, но и проявила агрессию по отношению к Джеру. Выскочка. Лев угрожающе зарычал на Бастет, так сильно, что напарник пригнулся, наблюдая за происходящим. «Да, как ты смеешь влезать в разговоры львов? Тебя в детстве не учили, что перебивать нельзя?» - Джеромо был очень напряжён, глаза его сверкали от злости. Сколько он себя помнил, только молодняк мог влезать в чужие стычки. Потому что каждый знал, что если ты влезешь, то можешь и по шее получить. Сейчас Джер был в не себя. Мало того, что они заставляют так долго ждать его, так они заставляют долго ждать Кинаи, а ведь он дал им достаточно времени и замечательные условия. Но это не всё - они строят козни против королевской семьи прямо за спиной Кинаи. «Тебя так радушно приняли, но не успел король  выйти за порог этой пещеры, как ты перемываешь косточки принцессы со своим дружком? Ах, ты поганая гиена! Я проучу тебя!» - Джер не очень сильно врезал лапой по морде львицы, удар был не сильный, но учитывая ей состояния - этого должно было хватить. Если бы Бастет не преградила ему путь, да ещё так нагло не перебила бы его, то всё могло случится иначе, и удар бы пришёлся на долю Зарена. Но вся эта череда событий и козни против королевской семьи привели к этому поступку. Джеромо не жалел об этом, он уже встал в стойку защиты. Его напарник угрожающе зарычал и стоял за спиной Джера. «И ещё кое-что, киска, я тебе не посыльный. И за Кинаи я просто так не пойду. Мне велено получить твой ответ относительно предложения короля. Советую тебе быть осмотрительной и дать мне ответ сейчас», - голос льва звучал в вперемешку с угрожающим рычанием, хвост метался из стороны в сторону, хлеща бока Джера. Он был готов отразить любую атаку, плюс за его спиной стоял напарник.

0

39

Ситуация начинала накаляться в пещере, во всяком случае так казалось льву, самочувствие которого знавало явно лучшие дни. Но это не помешало ему держаться на ногах, на это его могло хватить, но вот драку бы он не потянул, тем более что львов было двое, здоровых, сильных и отдохнувших, всего этого сейчас сильно не доставало Зарену. От этого было только больнее, ведь он не мог довести до действий все те угрозы, которые пытался высказать, подтверждая их своим грозным видом, он не мог вступить в драку, в которой так сильно хотел бы проучить этого мерзавца Альтаира. Слова свирепого охранника, об изгнаннике только вызвали больше злости, ведь об этом он никогда и никому не разрешал вспоминать, но старался как можно быстрее забыть о том прошлом, и его любимая львица понимала это, и пыталась всячески помочь забыть об этом, но теперь, видимо, ему напоминать об этом будут чаще, чем раньше, гораздо чаще. Всем своим естеством Зарен готовился накинуться на Альтаира, который, по мнению хищника, заслуживал только смерти с того самого момента, когда только перешел вход в эту пещеру, чего он делать явно недолжен был, это была явная провокация. Кому она была выгодна? – неужели самому Кинаи, неужели Зарен настолько недооценил своего бывшего знакомого, когда-то даже приятеля, что и здесь допустил просчет. Неужели Кинаи действительно мог допустить, что бы из них сейчас выбивали «правильный» ответ, это ведь их выбор, их решение с Бастет, которое они должны были принять сами, а не под давлением силы и подобных угроз! Что будет дальше? – мысль об этом уже не просто не давала спокойствия льву, она сводила его сума, настолько сильно, что он забыл даже думать о своей безопасности. На какой-то момент он даже захотел просто убежать с Бастет от сюда и бежать так далеко, как только могли видеть глаза, но его состояние не позволяло ему даже держаться твердо на лапах, оставалось быть гостями, именно гостями, а не заложниками. Разница была огромная и о ней решил напомнить Зарен своего обидчику, он из последних сил готовился нанести удар охраннику, но в самый последний момент между ними двоими стала Бастет, которую развитие событий явно не устраивало.
«Лечь и отдыхать, что бы о нас лапы вытирали?!», мысленно возмутился Зарен, но не осмелился произнести эти слова в голос, что бы не показывать врагу будто бы между ними нет сплоченности в действиях. Вместо этого он лишь сделал пару шагов назад в сторону того угла, где они с Бастет еще не давно лежали и спокойно разговаривали. Эти шаги были очередным проигрышем Зарена, и лучше казалось уже не будет, и догадки льва сразу же нашли подтверждение в событиях, которые развивались быстрее, чем капля дождя долетает до земли. Альтаир не побоялся применить силу к его любимой львицу, само наблюдение подобной картины взбесило Зарена и он хотел сразу же броситься на обидчика, но факт неожиданности был испорчен – способности его тела не соответствовали способности быстро думать и принимать решения. Лев сделал стремительный шаг для прыжка на Альтаира, но сразу же оступился из-за того, что сделал весь упор на больную лапу и упал, потеряв равновесие. Переживать подобное было самым унизительным моментом в его жизни, это било по остаткам его самолюбия, а все было из-за того, что он не в силах был защитить Бастет в элементарном, - от угрозы, которая исходила от чужака. Альтаир сразу же стал требовать ответа, что не могло еще больше не возмутить льва, ведь все это было прямым нарушением всех порядков, все что здесь происходило, стоило лишь признать – Альтаиру сейчас противостоять они с Бастет не могли, оставался лишь вопрос в том, как далеко зайдет эта львиная шкура в своем стремлении нанести большего вреда гостям прайда. Какой ответ мог быть после всего этого? – только «нет!», иначе их бы здесь просто в порошок стерли бы, и лев надеялся на благоразумие Бастет, что она ответит отказом, после подобных инцидентов. А иначе что могло быть дальше при согласии остаться? – они будут изгоями, которых будут призирать, которых будут избивать и разрешат ли видеться ему с Бастет, разрешат ли быть вместе с ней, она же будет Королевой, и какие ее обязательства будут перед короной? Этот случай явно показал, что властью ее Кинаи наделять никакой не станет не в настоящем, не в будущем. Это была ловушка, в которую они успешно угодили, и не важно, чтобы сейчас сказала Бастет, лучше уже не станет, но при отказе они могли бы хоть жить спокойно, не подвергаясь ежеминутно опасности быть избитыми, как это происходит сейчас. Ответом должно было быть «Нет!» и это было настолько очевидно для льва, что он не стал ждать ответа своей королевы, но решил взять инициативу разговора в свои лапы, если уж до драки дело не дошло – «Ты еще крепко пожалеешь обо всем, что ты сейчас делаешь. Ты день проклянешь и тот самый миг, когда решил переступить порог этой пещеры только что!». Зарен приложил усилия, чтобы присесть, опираясь о стену, и продолжил, - «Ты ищешь ответа? Так вот тебе наш ответ – Нет! Мы не желаем больше не на минуту задерживаться здесь, м требуем освободить нас из заложников, выпустить нас из этого плена, потому что ничего общего наше положение с статусом «гостей прайда» не имеет! Твои действия нам это продемонстрировали очень наглядно!». Зарен надеялся, что подобным заявлением он даст окончательный ответ и отвлечет внимание агрессора на себя, отведя его таким образом от своей любимой львицы.

+1

40

От удара льва кошка сделала шаг назад, но на лапах удержалась. Злость поднималась в ней с новой силой. Сегодняшний день не принес ей ничего хорошего, а он еще не закончился. Кошка подняла глаза на обидчика, но не успела ничего сказать, как в разговор вступил Зарен. Однако после его слов она не успокоилась, ее терпению пришел конец. Сначала львица злобно посмотрела на Зарена. Я сказала хватит. Зарен, я вполне могу постоять за себя сама. Мы остаемся в джунглях хотя бы по той простой причине, что ты еще слаб. Кошка Не просто говорила, она рычала. После чего она повернулась к охраннику. Ты хоть имеешь представление с кем ты разговариваешь? Спросила кошка, пристально смотря в глаза обидчика. Ты хоть слышал, что именно предложил Кинаи, чтобы говорить, о том, что мы строим козни за его спиной? Кошка рычала, но останавливаться не желала. То, что предложил нам ваш король, касается только его и нас и я не собираюсь передавать свой ответ, через мелких воинов. Либо ты сам позовешь Кинаи, либо я сама найду его и поверь, первый вариант для тебя выгоднее, поскольку тогда, я скорее всего не скажу, что тут происходило. Кошка продолжала смотреть на охранника, ожидая его реакции.

0


Вы здесь » Savanna Legends » Прайд Кинаи » Пещера целительницы


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC